Исторический фарфор ручной работы

«Казалось бы откуда эта тяга могла взяться?.. Но та страсть к прекрасному, чистой красоте была выше меня и всё время куда-то звала.»
В. Аксёнов.

+7 (495) 983–59–40
+7 (985) 460–47–97

0
товаров в вашей корзине
Итого:   0.00 руб детали
Ваша корзина пока пуста.
Надеемся, Вам все-таки что-то понравится!

Посетите магазин

А.В. Щекатихина-Потоцкая. Жизнь, достойная восхищения

В 20-х годах XX века советский агитационный фарфор прославился на весь мир. Прославился, как явление уникальное и неповторимое.
На переломе двух исторических эпох Россия выдвинула в первые ряды ярких талантливых художников, нашедших воплощение своих новаторских идей в росписи по фарфору и фарфоровой пластике. Новое искусство, созвучное идеям свершившейся революции, было обращено к человеку советского общества, создающего мир братства, равенства и свободы. В тот краткий период представлялось, что искусство, дойдёт, наконец, до каждого российского человека, войдет в его дом, будет служить ему и будет формировать в нём новую личность гармонически развитого члена коммунистического будущего. Фарфор, как утилитарный предмет, в этой связи был особенно интересен художникам-новаторам, поэтому именно в это время и именно в этом пластическом материале создавались шедевры.

А.В. Щекатихина-Потоцкая. 1920-е г.г. Фото из журнала "Среди коллекционеров"

А.В. Щекатихина-Потоцкая. 1920-е г.г. Фото из журнала «Среди коллекционеров»

Революция снесла все барьеры и авторитеты в искусстве. Художники по фарфору творили свои произведения вопреки всем существующим канонам росписи, и среди них яркими звездами сияли изделия художницы Александры Васильевны Щекатихиной-Потоцкой. Самобытное дарование, неординарная личность, легендарная судьба. Она была человеком мира и умерла в России в 1967 году. В 2012 году ей исполнилось 120 лет со дня рождения. Этому событию посвящена прекрасная статья в журнале «Среди коллекционеров», N2(7). Автор Агаркова Галина Дмитриевна, ИФЗ, г.Санкт-Петербург.
Мы хотели бы привести несколько выдержек из этой статьи. Информацию о полном содержании можно узнать на сайте журнала www.collectors.ru.
«Азы художественного творчества А.В. Щекотохина-Потоцкая (1892-1967гг.) постигала у своего деда-старообрядца в Александровске (Запорожье). Училась в рисовальной школе Общества поощрения художеств в Петербурге, завершала образование в академии Рансона в Париже.
Вместе со своими учителями Николаем Рерихом и Иваном Билибиным работала над эскизами декораций и костюмов к петербургским оперным постановкам. Участвовала в знаменитых Русских сезонах Сергея Дягилева и разрабатывала эскизы одежды для модных парижских журналов, в том числе, эскиз костюма лебедя к балетному номеру на музыку Сен-Санса для великой балерины Анны Павловой.
В имении княгини Тенишевой, — Талашкино расписывала храм Св. Духа. В составе этнографических экспедиций изучала русский север, практиковалась в Турции, Греции, Италии, знакомилась с древним искусством Палестины, Сирии, Египта, более 10 лет прожила во Франции. Её жизнь и творчество органично связаны с «Миром искусства», с блистательной эпохой Серебряного века в русской культуре.
К фарфору Щекатихину приобщает Сергей Чехонин. Назначенный художественным руководителем Государственного фарфорового завода, он собирает замечательную плеяду мастеров для создания нового искусства. Щекатихина оказывается одним из самых ярких художественных дарований. Её самобытный талант и безудержный темперамент воплощают в фарфоре впечатления от русского лубка и городского фольклора, сказочных персонажей и древней иконописи.
Её искусство до сих пор таит в себе какую-то тайну, будоражит воображение и вызывает неподдельное восхищение.
С 1920-х годов в искусстве закрепляется понятие авторского фарфора, когда на первый план выдвигается личность художника, определяющая стиль его творчества. Фарфор Щекатихиной-Потоцкой соответствует этому определению. Тарелки, чашки, сервизы, оставшиеся от былых императорских времён, и расписанные ею в промёрзших от холода мастерских, после обжига начинают свою самостоятельную жизнь. Вещи столь прекрасны и необычны, что их отправляют за границу как образцы нового искусства новой России, как выгодный товар, продаваемый за валюту. Лондон, Берлин, Венеция, Стокгольм…Произведения Александры Васильевны пользуются повышенным спросом на европейском рынке.

Скульптура

Скульптура «Снегурочка». 1923 г.

Она работает с максимальным напряжением. Расписывает изделия в мастерской училища барона А.Л. Штиглица, в центре города, бережно упаковывает и везёт на завод, за 12 вёрст, в любую погоду. «Паровик идёт до Скорбящей, / и гудочек его щемящий / Откликается над Невой», — эти долгие нескончаемые поездки на паровичке вдоль Невы по Шлиссельбургскому тракту донесли до нас проникновенные ахматовские строки.
В 1923 году за «оригинальность и красоту композиций», за «ударный труд» Народный комиссариат просвещения, в ведении которого находилось предприятие, решает направить Александру Васильевну на полгода на Берлинскую фарфоровую мануфактуру, (KPM). Но Щекатихина уезжает в Каир, куда зовёт её И.Я. Билибин, и вскоре выходит за него замуж.
Париж. Огромный небывалый успех. В 1925 году на Международной выставке декоративных искусств фарфор ГФЗ получает Большую золотую медаль. По просьбе западных коллекционеров завод трижды повторяет вещи, представленные на этой выставке. Из награждённых художников только Щекатихина, находящаяся в это время за границей, получает свою награду – диплом и Золотую медаль.
Находясь в другой стране, она не прерывает связи с предприятием и регулярно присылает на ГФЗ свои работы и эскизы, которые живописцы переносят на фарфор.

Фрагмент росписи миски с крышкой

Фрагмент росписи миски с крышкой «САДКО»

Её учитель по Академии Рансона Морис Дени в каталоге выставки Щекатихиной, открывшейся в 1926 году в парижской галерее Друэ, напишет: «Вы освежили и оживили каноны…. Я восхищаюсь этими рисунками, этими картинами, как и трогательным декором Ваших маленьких чашечек и позолоченных блюдец. Я нахожу здесь непосредственность, поэзию, славянское очарование и женственность….»
Щекатихина и Билибин вернулись в Россию в 1936 году. Александра Васильевна стала работать на заводе, а Иван Яковлевич — преподавать в Академии художеств. Билибин умер в блокаду от голода. Она чудом выжила. В 1944 году расписала с присущим ей темпераментом две огромные вазы, посвящённые Александру Невскому и Дмитрию Донскому. Пережила блокаду, но не смогла пережить «разноса» по линии Союза художников, усмотревших в её творчестве отступление от партийного курса официального искусства соцреализма. Александра Васильевна заболела и вынуждена была уйти с завода.
Сохранился дом на улице Лизы Чайкиной, где жили эти прославленные художники. Однако до сих пор остаётся историческим недоразумением тот факт, что на доме установлена мемориальная доска, посвящённая только И.Я. Билибину. Имя А.В. Щекатихиной-Потоцкой ещё при жизни стало легендой. И оно заслуживает того, чтобы быть увековеченным на мемориальной доске вместе с именем И.Я. Билибина.»